Хорошее произведение искусства непременно наводит на мысли, и способно разделить общество на «за» и «против». Дети, которых интуитивно просчитали, и назвали «индиго», и которые предназначены для того, чтобы спасти мир, не больше не меньше, — выбирают Аватар, как откровение. Дети, рождающиеся с истиной у рта, и готовые даже папе напомнить, что надо любить и прощать. Дети, которые обожают игрушки про войну, ведь они просто дети, не хотят служить в армии не потому, что, по словам родителей, это опасно. Они никому не верят, все решают сами. Ведь они мечтают защищать свою землю. Они не хотят служить, потому что вообще не хотят носить оружие. В Израиле не берут в боевые части, если мама против. И по религиозным причинам тоже. Дети, которые с компьютером на «ты». Пройдя все части GTA за пару часов, получив в подарок компьютерную игру «Аватар», отказываются играть на стороне американских солдатиков. Они не хотят стрелять в «синих», никогда, никогда, никогда, и даже в собачек Пандоры. Она для них священна, они мечтают полетать на Икранах, так что дурацкую игру, заставляющую стрелять в «синих», они уже осудили.

Это ненужное отступление, можно дальше не читать, а фильм смотреть, смотреть, всю семью брать и смотреть, и в 3D тоже смотреть, и притом на большом экране, даже объяснять нечего, это реальный мир.

Задолбал макдоналдс, GTA IV, и все каналы мультиков, уходить надо в леса! Дети книг не читают, и понос после М. Американская культура о-о-о-о-чень вонючая! А еще кофе от Старбакс по-поллитра стаканчики, и народ тащится, раньше же французский учили, блин, а теперь средний палец чаще отгибается, чем матершина звучит. Это воще нормально? Особенно смешно, когда женщины показывают, что они имеют в виду, интересно?

Сегодня простыни в цветах, и травы свежие повсюду,

И хоть на нас управы нет, мы продолжаем верить чуду.

Единороги отцвели,— на стенах росписи не дремлют,

И хоть отваги не нашли, зато убогие приемлют

Наш облик странный неземной, и хоть и плодов греха

Отведав,

Опять стремимся мы Домой,

Пол-жизни даже не изведав…

Что случилось? Архитектор бежал по коридору, его вызвали внезапно, не объясняя причины. Тон был угрожающий. Хозяин дома, он же заказчик, заехал с утра посмотреть, как движутся работы. Строители, как всегда, тормозили. Или так казалось, вести работы в разных концах дома одновременно одной бригадой не представлялось возможным. Особняк утопал в недоделках. И тут свалилось это…

Синий фон, потрескавшаяся штукатурка, подстертые краски, четкие образы, записанные синим деревья, и прорисованные снова. Воскресенье Христово. Словно воскресший хочет уйти со стены. Ангел у граба, указующий перстом на Иисуса в блистающей одежде. Снятие с креста, Мария Магдалина и мать Иисуса с горечью держат мертвое тело, маленькие ангелы, что оплакивают снятого с креста Иисуса. Страсти Христовы. Крест. И распятый на нем. И маленькие ангелы собирают кровь в чаши, для Евхаристии.

— Висеть мне на этом месте, без благоговения — пролепетал архитектор.

Сканер…

В аэропорту! Господа, вольно обращающиеся с чужой интимностью, Бог такого не позволял, да и не мог, смерть на кресте была позорной, в том то и дело!

И почему это взволновало западных коллег, работников аэропортов, не в пример нашим покладистым гражданам? Да, а еще строптивым обещано обыскивание, тактильное. Обыскивать будут как преступника, или задержанного, подозреваемого, как угодно.

Неужели страх по-прежнему сильнее всякого человеческого достоинства?! Выходит, мы и заслуживаем такого обращения, в самом деле!

Браво солдату Швейку, пойду и выпью доброго чешского пива свежего разлива. Прямые поставки с чешских заводов, в одноименном ресторане, за вечную жизнь гениального Ярослава Гашека.

Ребята! Просто убили двух священников. В их доме, в Москве, это не моя Москва!

Детство мое прошло на Скатертном. И тогда не убивали иезуитов, в моей Москве!

Один из них, — Отто, — немец, я даже не знала его лично! Но мои друзья говорили, это был еще молодой, добрейший человек! После исповеди человек словно был обласкан самим Христом.

Я давно не пою, не играю, не рисую кистью, ничего не пишу.

Мои пальцы ищут клинок, чтобы воткнуть его в твердое горло.

Здесь сегодня прощения нет.

Но живая кровь, что течет у меня под руками,

Не дает это сделать.

Он целует меня перед сном,

И это то, что ты предал.

Только земля, испещренная тропками,

А между ними пропасти.

В каждой из них живет отшельник.

Есть отшельник, что от Ярости и от Злости.

Есть отшельник от Тела, от Крови и Плоти.

Есть от Любви отшельник.

Это ТЫ.

Ты свободы искал оголтелой,

А нашел лишь сети и тени шеола, в нескончаемой бездне!

«Наивно. Супер», Эрленд Лу
М.: Азбука-классика, 2007

Перед нами великолепное явление. Не для торговцев акциями. Когда они еще при деле. Конечно.

Чувак. Позвольте выразиться. Интеллигентный образованный честный с собой, прежде всего. Ощущает некую экзистенциальную потерянность. Теряет смысл. Одним словом.

И делает детские вещи, говорит детским языком простоты, красоты простых вещей и ясности. И он занимается детскими вещами, дружит с мальчиком, лупит молотком по деревянной доске, забивая колышки, и бросает в стенку мячик! Кайф! Господа!

Кто не был вчера в парке. И вместо того, чтобы смотреть на баб, извиняюсь. Кстати, это понятие 100-процентно мужское! Не рассматривал траву. Или ветку. Или воробья. Не поймет. Так что срочно читать норвежского дадаиста!

Он был рыжий, и волосы, совсем как перья торчали даже из бровей. А ресницы словно припорошены песком пустыни.

Он сидел на крыше, в полном одиночестве, и мечтал, вместо того, чтобы действовать, что ангелам совершенно не свойственно! Оцепенение охватило его из-за утреннего приключения на крыше. Когда он налетел на антенну телевидения. Ночь была волшебной… Это он ловко придумал рисовать на песке, только вот ветер завевал рисунки быстро и бесследно, то же было и с водой, волны были всегда прихотливы, и управлять ими в полной мере не удавалось, это он чуть не утопил Таиланд, хотя «предупреждение» не было искусством, это был маневр. Слишком много зла происходило на побережье, как когда-то при Ное. А вода, как и прежде, считалась символом смерти. И ходить по ней мог только Один.

Зимой хорошо впоминаются летние, совсем летние приключения, не так ли, Боб?

Боба пытались уложить, и ожидался ближний сон, но, вдруг, Боб подскочил на постельке и сказал: А давай мы тоже в Церковь ходить не будем! Как другие!

— Это как? — изумилась мама.

— А так, я же свободное существо?!

— Ну да, ну и что!

— А то, могу и не ходить! Как папа, например.

— Ты свободное существо, созданное Богом для любви, — мама раскрыла руки и сказала, — прыгай сюда!

Боб прыгнул, и они обнялись.